Арест Романовых

В то время как Гучков и Милюков на коленях упрашивали Михаила ,,восприять верховную власть”, Исполнительный комитет Петроградского Совета на своем заседании 16 марта постановил предложить Временному правительству совместно с Советом рабочих депутатов ,,арестовать династию Романовых”.

Вопрос о том, как произвести аресты, было поручено разработать Военной комиссии Совета. Для переговоров с Временным правительством Исполнительный комитет выделил председателя Чхеидзе и Скобелева. В течение четырех дней временное правительство отмалчивалось, не решаясь дать окончательного ответа Совету. В тоже время рабочие и солдатские массы, недовольные медлительностью, требовали все настойчивее проведения в жизнь постановления об аресте. 19 марта Исполнительный комитет принужден был снова поставить этот вопрос и, чтобы как - нибудь воздействовать на Временное правительство, принял решение ,,немедленно сообщить Военной комиссии при Совете рабочих и солдатских депутатов о принятии мер к аресту Николая Романова”.

Это подействовало на Вр. правительство. Оно, опасаясь самостоятельных шагов Совета, на другой же день 20 марта, постановляет ,,лишить свободы Николая и его супругу”.

21 марта в Могилев, где находился в то время бывший царь, прибыли представители Временного правительства - члены Государственной думы Бубликов, Вершинин, Грибунин и Калинин. Они объявили царю через генерала Алексеева, что он арестован и должен выехать в Царское Село, где жила в то время бывш. Царица с семьей. В дни переворота дети Романовых были больны корью, и это обстоятельство лишило Александру Федоровну возможности находиться в критический для династии момент с Николаем. Имея большое влияние на него во всех государственных делах, она вряд ли дала бы ему возможность так легко расстаться с короной. Как и Николай, она до самого последнего момента плохо разбиралась в событиях. Указания ее приближенных, что начавшееся движение грозит существованию самодержавия, она неизменно отклоняла, как вздорные, не заслуживающие внимания слухи. Даже перед лицом фактов она упорно не хотела верить в возможность революции.

Так же она не поверила сообщениям од отречении Николая.

Содержание Романовых под арестом в Царском Селе еще ни в какой мере, понятно, не устраняло опасности для жизни ,,помазанника” и его семьи. Это очень хорошо понимало и само Временное правительство. Как мы сейчас увидим, постановление о лишении свободы Романовых связывалось им с более широким планом. Еще до принятия этого решения Милюков, по поручению Временного правительства, ведет переговоры с английским послом Бьюкененом о возможности выезда бывшего царя в Англию. Бьюкенен, после соответствующего запроса Лондона, сообщил, что его правительство согласно принять бывшую царскую семью в Англию и что для перевозки ее будет прислан английский крейсер.

Переправить через границу семью было поручено Керенскому, который охотно согласился взять на себя роль спасителя последнего царя. Вся эта подготовка к увозу Романовых за границу велась в строгой тайне, о ней знали лишь очень немногие. Актом же об аресте Временное правительство хотело усыпить бдительность масс, поставив их перед свершившемся фактом. В тот день, когда выносилось постановление о лишении свободы бывшего царя и его жены, князь Львов, глава правительства, послал в Ставку, генералу Алексееву, следующую телеграмму: ,,Временное правительство постановило предоставить бывшему императору беспрепятственный проезд для пребывания в Царском Селе и для дальнейшего следования на Мурманск”.

В ночь на 22 марта Исполком петроградского Совета, получив сведение, что правительство намеревается тайно ,,эвакуировать” Николая с семьей в Англию, решает во что бы то ни стало арестовать последних, хотя бы то и грозило разрывом сношений с Временным правительством. Немедленно во все города Исполкомом были разосланы радиотелеграммы с предписанием задержать Николая Романова.

Петроградский Совет верно определил положение с охраной Романовых: она была в ненадежных руках. Временное правительство ,,возложило” ее на известного генерала Корнилова, бывшего в то время командующим войсками Петроградского округа.

Приехав в Царское Село, уполномоченные Совета встретили решительный отпор со стороны ,,местных властей”.

Последние отказались выдать Николая, считая своей обязанностью исполнять распоряжение ген. Корнилова, приказавшего не выдавать его. Но сам Мстиславский уже далек от этой мысли. Боевое настроение, с которым он приехал с заседания Совета, прошло, и полномочный ,,эмиссар” ограничивается ,,договором” с охраной - поверкой постов и выключением телефонов и телеграфов. Однако уехать их Царского, не увидев Романова, неудобно, и Мстиславский требует предъявления ему ,,арестованного”. Попасть в Александровский дворец к ,,заключенным” Романовым было нелегко. Туда впускали только по именным пропускам - приказам того же генерала Корнилова. После долгих переговоров с офицерами охраны, пытавшимися отговорить его от такой ,,чрезвычайной меры”, был, наконец, вызван главный церемониймейстер граф Бенкендорф. Старик оказался упрямее офицеров и прямо заявил, что бунтовщикам императора не покажет. Настойчивость Мстиславского и реальная сила отряда приехавшего из Петрограда, заставили ,,верноподданных” пойти на уступки и согласиться на ,,поверку”.

Меньшевики и эсеры, руководящие в то время Петроградским Советом, как всегда оказались верными самим себе: громкие слова о водворении Николая в Трубецкой бастион Петропавловской крепости, боевой план поездки в Царское Село и … поверка арестованного царя в его дворце.

Но все же содержание Романовых под Аресом находилось с этого времени под некоторым контролем Петроградского Совета.

Правительство должно было считаться с действиями Совета и временно отказаться от выполнения своего намерения вывезти Романовых в Англию.

С 22 марта вся семья находилась под ,,арестом” в Александровском дворце Царского Села, бывшего постоянным местопребыванием царской фамилии в предреволюционные годы.

Водворение Романовых в царскосельское заключение мало успокоило широкие рабочие и солдатские массы. Они по - прежнему настаивали на более суровом отношении к бывшей царской семье, как на лучшем обеспечении революции от возможных попыток монархической реставрации.

Озабоченное сохранением царской семьи, Временное правительство решает вывезти ее из Царского в боле укромное место, подальше от большевистских Питера и Кронштадта.

Необходимость принятия такой меры приобретала в глазах Временного правительства тем большую настоятельность, что начавшееся ,,разложение” в армии коснулось и Царскосельского гарнизона.

Но главным мотивом увоза семьи Романовых из Царского все же были не эти опасния. На это, между прочим, указывает в своих воспоминаниях Жильяр, который пишет, что когда Керенский объявил Николаю о решении Временного правительства, то объяснил ему, что необходимость переезда вызывается тем, что правительство решило принять самые энергичные меры против большевиков; в результате, по его словам, неминуемо должны были произойти вооруженные столкновения, в которых первой жертвой могла бы оказаться царская семья; а потому он, Керенский, считал своим долгом обезопасить ее от всех возможных случайностей”.

В первых числах августа в Царское приехал Керенский и устроил совещание с председателями охраны по вопросу о вывозе семьи. Совещание было обставлено весьма конспиративно; о решениях его знал лишь ограниченный круг лиц. Начальником отряда был назначен комендант ораны полковник Кобылинский. Последний своей фигурой еще раз подчеркивает, как мало внимания уделяло Временное правительство охране семьи Романовых, фактически предоставляя им возможность бежать из Тобольска.

Служа ,,верой и правдой”, Кобылинский скоро завоевал расположение к себе царской семьи, которая видела в нем больше своего человека, чем коменданта охраны.

12 марта царской семье было объявлено об отъезде.

Утром 14 августа царская семья была перевезена на автомобилях под конвоем драгун 3 Прибалтийского полка на станцию Александровская. В тот же день два поезда под японским флагом повезли царя и охрану в Сибирь. ,,японская миссия Красного Креста”, - так значилось на роскошных ,,международных” вагонах поезда, бешено мчавшегося к Уралу.

В дороге царскую семью сопровождали два представителя временного правительства - Макаров и Вершинин. Были приняты все меры к тому, чтобы ,,путешествие” закончилось без инцидентов. Станции, где останавливались поезда, на большом расстоянии оцеплялись войсками местных гарнизонов, и вся публика и лишние служащие на это время удалялись. Во все время стоянок никого из вагонов не выпускали.

Вечером 17 августа поезда прибыли в Тюмень, и Романовы сразу были переведены на пристань р. Тобола, где прихода эшелонов ждали уже три парохода: два больших - ,,Русь” и ,,Кормилец” - и один буксирный.

Офицеры местного гарнизона, во главе с начальником гарнизона, устроили для прибывших целый парад. Выстроившись у входа на пристань, они при выходе из вагона бывшего царя приветствовали их отданием чести.

К Тобольску пароходы прибыли вечером 19 августа. Помещение для бывшего царя и охраны ремонтировалось, и семье пришлось пробыть несколько дней на пароходе.

Только 26 августа началась выгрузка на берег.

При цитировании материалов в рефератах, курсовых, дипломных работах правильно указывайте источник цитирования, для удобства можете скопировать из поля ниже:

Поделиться материалом